Господин де Мерон, в этот четверг вы выступите перед комитетом расследований гамбургского парламента, который занимается неурядицами вокруг строительства филармонии. Вы будете там на скамье подсудимых?

Нет, с чего бы это? Комитет служит для установления политической ответственности.

Я приглашен в качестве свидетеля.

Вы и ваши коллеги как генпроектировщики ответственны также и за надзор за работами. Что, по вашему мнению, пошло не так?

Многое. Самое главное, что проект был выставлен на тендер до момента разработки исчерпывающих исходных материалов. Мы предупреждали о преждевременности тендера. Затраты и сроки сдачи мы тогда не смогли установить со всей требуемой точностью. Риски ошибки в расчетах были слишком велики. Эти предостережения зафиксированы в письменной форме. Та же ошибка произошла в конце 2008 года, когда было подписано новое соглашение с подрядчиком. Здесь мы тоже заранее в письменной форме изложили свои предостережения. В остальном, конечно, странно, что такая фирма, как Hochtief, не предоставляет своему заказчику всей необходимой отчетности: данные об используемых материалах, протоколы испытаний, отчеты о сроках выполнения работ и т.п.

Каковы причины такого значительного роста затрат?

Я уже назвал преждевременность конкурса, окончательно же усугубил ситуацию неправильно составленный контракт. Благодаря этму документу строительная фирма Hochtief создала благоприятную для себя систему выставления претензий, которой постоянно пользуется. Этому следовало дать жесткий отпор. Однако неправомерным требованиям Hochtief вновь пошли навстречу.

Сенат Гамбурга составил список из 5700 дефектов, которые еще не устранены. Сколько из них на вашем счету?

Очень просто - ни одного. Вы говорите о дефектах исполнения, которые были установлены нами и информация о которых была передана застройщику. Качество работ, как и прежде, остается большой проблемой.

Сенатор по вопросам культуры Барбара Кисселер считает, что, возможно, ваш проект содержал ошибки, и грозит вам требованием возмещения ущерба.

Для меня новость, что госпожа Кисселер собирается нам угрожать. Мы уверены в своих проектных материалах и вовремя их подавали. Если вы намекаете на крышу над Большим залом, то статика посчитана нами, а также независимым экспертом, и признана верной.

Каковы наиболее существенные недостатки, за которые отвечает Hochtief?

Мы хотим создать в Гамбурге первоклассную филармонию. Это наша цель. При этом качество, по нашему мнению, имеет два аспекта: функциональный и художественный. В функциональности мы не делаем уступок. В том, что касается художественного качества, компромиссы возможны до тех пор, пока они не вносят существенных изменений и дают экономию. Облицована ли труба в подвале, конечно, ничего не определяет. А вот если уже при строительстве обычной парковки начинаются проблемы с качеством, чего же ожидать с такой ответственной частью, как концертный зал?

Строительство опаздывает по сравнению с графиком на 25 месяцев. Из них город признает себя ответственным за три месяца. Кто еще виноват в задержке?

Мы не можем понять ни 25 месяцев задержки, ни три, вину за которые взял на себя город. Такого провального выполнения графика у нас еще не было ни в одном проекте. А мы строим сложные сооружения по всему миру.

Hochtief выдвигает требования высоких доплат. Вы тоже?

Хочу опровергнуть широко распространенное заблуждение: гонорар за нашу работу по проектированию и контролю за ходом реализации объекта не растет параллельно росту строительных расходов. Однако затягивание работ влечет с нашей стороны дополнительные издержки. Кроме того, многие виды работ без надобности многократно и с большим опозданием отзываются.

Hochtief сомневается в несущей способности конструкции крыши и в связи с этим требует остановить стройку. Строительный концерн опасается, что стальные опоры деформируются, и гипсовая оболочка концертного зала (так называемая «белая кожа») пойдет трещинами. Что вы можете возразить?

Это невозможно! Крыша надежна! Более того, «белая кожа» так задумана, чтобы компенсировать движения стального каркаса. Она обтянута плотной сеткой деформационных швов и не потрескается, если ее профессионально выполнили.

Hochtief жалуется на неспособность быстро и эффективно принимать решения собственником здания, то есть городом. Вы присоединяетесь к этой критике?

Действительно, решения принимаются зачастую очень поздно. Из-за схемы договора ReGe превратился в угольное ушко при принятии решений. Эту проблему очевидно недооценили.

Какой урок вы извлечете из этого провального проекта?

Филармония на Эльбе - это уникальное произведение архитектуры, с которым мы себя, как и раньше, полностью идентифицируем.